Казаки в Гражданскую войну. 1919 год. Русская Вандея

Казаки в Гражданскую войну
Главная » Безопасность Военный архив » Казаки в Гражданскую войну. 1919 год. Русская Вандея
31 Мар, 2015.

Окружённая Красной Армией после ухода немцев с Украины, не видя помощи ни от англо-французских союзников, ни от добровольцев Деникина, под влиянием антивоенной агитации большевиков Донская армия в конце 1918 года начала разлагаться и едва сдерживала наступление четырёх армий красных в составе 130000 человек.

Казаки Верхне-Донского округа стали дезертировать или переходить на сторону Красной Армии, и северный участок фронта рухнул.

Большевики ворвались на Дон. Уже вскоре начался массовый террор против казачества, названный впоследствии «расказачиванием».

В это же время началась революция в Германии и большевистское руководство уверовало в свою скорую победу в России и в возможность перенесения гражданской войны на европейскую территорию. В Европе реально запахло «мировой революцией».

Чтобы развязать себе руки для действий в Европе, большевистские лидеры планировали одним решительным и жестоким ударом подавить казачество. К этому времени фактически было уже разгромлено православное духовенство. Настала очередь и казаков — большевики понимали, что без уничтожения казачества их господство невозможно.

Начиная зимой 1919 года наступление, ЦК большевиков решил перенести на казачьи территории политику «красного террора».

В Директиве Оргбюро ЦК РКП(б) от 24 января 1919 года предписывалось применить массовые репрессии против всех казаков, кто прямо или косвенно был не согласен с советской властью.

Она гласила: «Последние события на различных фронтах в казачьих регионах — наши продвижения вглубь казачьих поселений и разложение среди казачьих войск заставляют нас дать указания партийным работникам о характере работы при воссоздании и укреплении Советской власти в указанных районах.

Необходимо, учитывая опыт года гражданской войны с казачеством, признать единственно правильным самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества путём поголовного их истребления. Никакие компромиссы, никакая половинчатость недопустимы.

Поэтому необходимо:

1. Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно;
провести беспощадный массовый террор по отношению вообще к казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью.

К среднему казачеству необходимо применять все те меры, которые дают гарантию от каких- либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти.

2. Конфисковать хлеб и заставить ссыпать все излишки в указанные пункты. Это относится как к хлебу, так и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам.

3. Применять все меры по оказанию помощи переселяющейся пришлой бедноте, организуя переселение, где это возможно.

4. Уравнять пришлых «иногородних» к казакам в земельном и во всех других отношениях.

5. Провести полное разоружение, расстреливая каждого, у кого будет обнаружено оружие после срока сдачи.

6. Выдавать оружие только надёжным элементам из иногородних.

7. Вооружённые отряды оставлять в казачьих станицах впредь до установления полного порядка.

8. Всем комиссарам, назначенным в те или иные казачьи поселения, предлагается проявить максимальную твёрдость и неуклонно проводить настоящие указания.

ЦК постановляет провести через соответствующие советские учреждения обязательство Наркомзему разработать в спешном порядке фактические меры по массовому переселению бедноты на казачьи земли.

Я. Свердлов».

Все пункты директивы для казаков были просто уникальны и означали полное разрушение казачьего быта, основанного на казачьей службе и казачьем землевладении, то есть полное расказачивание. Беспрецедентным для казаков, как служилого и военного сословия был п.5 о полном разоружении.

Даже после пугачёвского восстания, у Яицкого войска изъяли только артиллерию, холодное и огнестрельное оружие казакам оставили, введя лишь контроль за боеприпасами. Эта драконовская и мракобесная директива была большевистским ответом казакам Верхне-Донского округа, которые в конце 1918 года выразили доверчивость и покорность Советской власти, бросили фронт, разошлись по домам, и произвела на них колоссальное впечатление.

О невероятных метаморфозах и перипетиях казачьего мировоззрения в ту пору и в тех местах гениально написал М. Шолохов в «Тихом Доне» на примере Григория Мелехова и его земляков. Не меньшее впечатление директива произвела и на других казаков, которые окончательно убедились в беспредельном вероломстве новой власти.

Однако следует сказать, что реально эта директива коснулась лишь Дона и Урала, где в тот период находились советские войска. Трудно представить себе ещё более глупую и несвоевременную затею в тот период гражданской войны, чем эта антиказачья директива. Казаки ответили массовыми восстаниями. При их подавлении шла война на уничтожение, без пленных. Так кто же они, эти главные душители казачества?

Лицо номер 1: Владимир Ильич Ульянов (Ленин) — палач русского народа и платный агент кайзеровской Германии. Как только началась Первая мировая война, Ленин, находившийся в эмиграции, провозгласил задачу большевистской партии: превратить войну империалистическую в войну гражданскую и предложил свои услуги германскому Генштабу.

Не сойдясь в цене, правительство Германии от его услуг тогда отказалось, но продолжало оказывать большевикам спонсорскую помощь для осуществления предательства национальных интересов России. После февральской революции их час настал, и германский генерал Людендорф организовал доставку из Швейцарии в Петроград, в специальных запломбированных вагонах в общей сложности 224 реэмигрантов социал-демократов во главе с Лениным.

Одновременно банкир Яков Шифф организовал доставку из США пароходом через океан реэмигрантов социалистов, среди которых 265 являлись его платными агентами. Впоследствии многие из этих деятелей стали вождями «пролетарской революции».

С другой стороны, большевики получали громадную поддержку от международного сионистского капитала. Поголовно являясь тайными масонами, большевистские вожди мало интересовались национальными интересами России. Они выполняли волю Великих магистров международной масонской организации. В 1917 году через сподвижника Ленина, масона Парвуса (он же Гельфанд) Германия передала Ленину около 100 миллионов марок.

Только 18 июля 1917 года на счёт Ленина в Кронштадт из немецкого банка было переведено 3 миллиона 150 тысяч марок. Деньги к большевикам поступали также из США. В апреле 1917 года Яков Шифф публично заявил, что, благодаря его финансовой поддержке русской революции обеспечен успех. Более подробно об этом писалось в статье « Казаки и Октябрьская революция».

Лицо номер 2: Яков Михайлович Свердлов (Ешуа Соломон Мовшевич). Именно он из Кремля руководил расстрелом царской семьи в Екатеринбурге в 1918 году. После покушения на Ленина эсерки Каплан, приходившейся Свердлову родственницей, он подписал воззвание ВЦИК о беспощадном терроре.

24 января 1919 года Оргбюро ЦК РКП(б) выпустило директиву о расказачивании, подписанную Яковом Свердловым. Эта директива немедленно стала претворяться в жизнь на подконтрольных красным территориях. Однако вскоре Свердлов был смертельно избит рабочими на митинге в Орле, по официальной версии — скончался от простуды.

Но особенной жестокостью отличался председатель Реввоенсовета Лев Давидович Троцкий (Лейба Давидович Бронштейн), родившийся в семье ростовщика. Сначала он участвовал в революционной борьбе как меньшевик, затем, находясь в эмиграции, вступил в масоны, был завербован как тайный агент сначала австрийской (1911— 1917 гг.), а затем германской (1917—1918 гг.) разведками.

Через близкого к Троцкому человека — Парвуса (Гельфанда) большевики получали деньги на Октябрьский переворот от германского Генштаба. В 1917 году Троцкий вдруг становится «пламенным большевиком» и прорывается к вершинам советского правительства.

После смерти Ленина, не поделив власть со Сталиным, он был вынужден бежать за границу. Убит агентом НКВД Рамоном Меркадером в Мексике ударом ледоруба в голову. Троцкий и его подручные-комиссары Ларин (Лурье Михаил Зельманович), Смилга Ивар, Полуян Ян Васильевич, Гусев Сергей Иванович (Драбкин Яков Давидович), Бела Кун, Землячка (Залкинд), Склянский Эфраим Маркович, Белобородов (Вайсбарт) и другие им подобные устроили кровавую мясорубку как во всей России, так и на исконной казачьей земле.

В начале 1919 года Донская армия истекала кровью, но фронт держала. Лишь в феврале началась переброска Кубанской армии на помощь Дону. В ходе упорных боёв наступавшие красные части были остановлены, разбиты и перешли к обороне.

В ответ на истребительный террор большевиков 26 февраля вспыхнуло поголовное восстание казаков Верхне-Донского округа, получившее название Вёшенское восстание. Восставшие казаки сформировали ополчение до 40 тысяч штыков и сабель, включая стариков и подростков, и бились в полном окружении, пока к ним на помощь не прорвались части Донской армии генерала Секретёва.

Весной 1919 года Россия вступила в самый тяжёлый этап гражданской войны. Верховный совет Антанты поддержал план военного похода белых против большевиков. 31 января франко-греческие войска высадились на юге Украины и заняли Одессу, Херсон и Николаев.

За зиму 1918-1919 годов было поставлено белым армиям: 400 тысяч винтовок Колчаку и до 380 тысяч Деникину, около 1 тысячи грузовиков, танки, броневики и самолёты, боеприпасы и обмундирование для нескольких сотен тысяч человек. К лету 1919 года центр вооружённой борьбы переместился на Южный фронт.

Повсеместные крестьянско-казацкие восстания дезорганизовали тылы Красной армии. Особенно большой размах имели восстание красного начдива Григорьева, приведшее в мае к общему военно-политическому кризису на Украине, и Вёшенское восстание казаков на Дону. На их подавление были брошены крупные силы РККА, но в боях с повстанцами солдаты красных частей проявляли нестойкость.

В создавшихся благоприятных условиях ВСЮР разгромили противостоявшие ей силы большевиков и вышли на оперативный простор. После тяжёлых боёв частями Кавказской армии 17 июня был занят Царицын на правом фланге, а на левом фланге белые части заняли Харьков, Александровск, Екатеринослав, Крым. Под давлением союзников 12 июня 1919 года Деникин официально признал власть адмирала Колчака как Верховного Правителя Русского государства и Верховного Главнокомандующего русских армий.

На всём фронте красные отступали, на стороне белых были превосходящие массы казачьей конницы, игравшей решающую роль на данном этапе гражданской войны. В связи с общими успехами генерал Деникин 20 июня прибыл с генералом Романовским в Царицын. Там он провёл парад, объявил благодарность армии, а затем отдал директиву для наступления на Москву.

В ответ 9 июля ЦК партии большевиков опубликовал письмо «Все на борьбу с Деникиным!», назначив на 15 августа начало контрнаступления. Ко времени издания директивы о походе на Москву Донская армия пополнилась и имела в составе 42000 бойцов, сведённых в три корпуса, развернувшихся на фронте в 550-600 вёрст.

Донская армия вышла за пределы Дона и вступала на территории, занимаемые населением средней России. Линия эта становилась не только линией фронта, но и линией политической. Средние губернии Русского государства — это та самая Русь, на плечи которой легли века борьбы с кочевой степью, и ей суждено было устоять и выстоять в этом многовековом кипящем котле борьбы.

Но население именно этих средних русских губерний было самым обездоленным в смысле земельных наделов. Великие реформы шестидесятых годов, освободившие крестьян от зависимости помещиков, не разрешили главного вопроса земельного владения, служили поводом для недовольства крестьян и давали прекрасные поводы для пропаганды большевистских агитаторов.

Революция вскрыла этот больной нарыв, и он был разрешён стихийным порядком, независимо от государственных декретов, простым «чёрным» переделом, при помощи самочинного захвата земель крупных владельцев крестьянами. Для русского крестьянства, составлявшего до 75% населения, земельным вопросом начинались и оканчивались все политические проблемы, и политические лозунги были приемлемы лишь те, которые обещали им землю.

Их совершенно не волновало, будут ли входить в состав Русского государства такие области, как Польша, Финляндия, Прибалтика, Кавказ и другие, образуя великую и неделимую Россию. Напротив, разговоры эти страшно пугали крестьян, они видели в них опасность возвращения к прежним порядкам, а для них это означало потерю самовольно захваченной земли.

Понятно поэтому, что приход в эти губернии белых армий, возвращавших старый порядок, энтузиазма у местных жителей не вызывал. Тот факт, что назначенные губернаторы объявляли о новом демократическом переделе земли, которым будто бы займутся специальные земельные органы, то эти речи в расчёт не принимались, потому что новый раздел обещался только спустя три года после восстановления порядка во всем российском государстве.

С точки зрения недоверчивого русского крестьянина, это значило «никогда». Большевики же, уже на второй день своего пребывания у власти приняли «Декрет о Земле», фактически узаконив «чёрный передел», и тем самым решили исход гражданской войны в Центральной России в свою пользу.

Совсем другое положение было на Украине. В происходившей на юге гражданской войне эта наиболее богатая и плодородная часть Российской империи занимала особое положение. Историческое прошлое этого края было совершенно иное, чем у центральных областей России.

Левобережная и правобережная Украина была колыбелью днепровского казачества и крестьянства, не знавшего крепостной зависимости. После прекращения существования днепровских казаков и превращения их остатков в гусарские полки земли казаков переходили в собственность лиц, награждавшихся правительством за особые заслуги, и заселялись выходцами из русских и нерусских губерний обширной империи, что создало невероятно пёструю этническую полифонию в причерноморских губерниях.

Внутренний быт в новом крае складывался совершенно иначе, нежели в центральных областях. Полностью всеми обширными землями Малороссии империя смогла овладеть лишь к концу XVIII столетия. Российское государство к этому времени было достаточно мощным и в этих землях уже не было необходимости создавать воеводства с прикреплённым к ним населением, почему и не было необходимости для образования прочной крепостной зависимости.

Земли были плодородны, климат благоприятный, что сильно смягчало вопросы, связанные с малоземельем. Население Малороссии, или Украины, определялось почти в 30 миллионов жителей. Казалось бы, что эта часть страны, более зажиточная и менее стеснённая бытовыми условиями прошлого, должна была проявить в происходящей вокруг анархии устойчивость и противодействие происходившему беспорядку. Но не тут то было.

В народе этого края прочно жило сознание, связанное с его майданным прошлым, Запорожской Сечью, казачьими вольностями и независимой жизнью. Важной особенностью украинского народа, или малороссов, было то, что до 70% населения говорило на местном языке, отличавшемся от языка Великороссии и имело существенно отличительный менталитет.

Особенность эта говорила о принадлежности этого населения к другой ветви русского народа, добровольно присоединившегося к Великороссии лишь в середине XVII века. За прошедшие 2,5 века пребывания в составе России, положение изменилось лишь в том, что значительная часть образованных малороссов выучила русский язык и стала двуязычной, а польско-украинская шляхта, дабы заслужить и закрепить за собой поместья, приучилась исправно служить империи.

Основные части малороссийского населения в прошлом составляли части Галицкой, Киевской, Червонной и Чёрной Руси, в течение многих столетий входивших в состав литовско-польских владений. Прошлое этого края было тесно связано с Литвой и Польшей, с казачьими вольностями, независимостью утерянного казачьего быта, который частично сохранился в бывших казачьих областях Приднепровья.

О непростой судьбе днепровского казачества ранее на «ВО» более подробно писалось в этой серии статей. В народном быту малороссов бережно хранился местный фольклор, овеянный поэзией, преданиями, песнями, связанными с не таким уж далёким прошлым.

Всё это буйное фольклорное и бытовое разнотравье обильно поливалось и удобрялось украинской интеллигенцией, которая исподтишка и лицемерно постепенно придавала ему антирусские культурно-политические оттенки. В начавшемся революционном развале значительная часть Малороссии составляла часть прифронтовой полосы, и долгое время была заполнена массами солдат из разложившихся частей армии.

Пробудившийся национализм не мог в таких условиях принять формы более или менее цивилизованного характера. По Брестскому договору Украина была отдана Германии и оккупирована австро-германскими войсками.

Заняв Украину, австро-германцы поставили её правителем гетмана генерала Скоропадского, под властью которого Украина представлялась как автономная, независимая республика, со всеми необходимыми формами её существования. Было даже объявлено право формирования национальной армии. Однако со стороны германцев это было отвлекающим манёвром, прикрывавшим настоящие цели.

Целью оккупации этого богатого русского региона, как и других 19 губерний, было пополнение всех видов ресурсов совершенно истощённой Германии. Ей необходим был хлеб и многое другое для продолжения войны. Власть гетмана на Украине была в основном фиктивной. Оккупационное командование беспощадно эксплуатировало все ресурсы страны и вывозило их в Германию и Австрию. Жестокие реквизиции хлебных запасов вызывали сопротивление крестьян, с которыми производилась беспощадная расправа.

Жестокая эксплуатация местного населения вызывала ненависть в народных массах, но в то же время приветствовалась частью населения, искавшего спасения от анархии и бесправия распространявшегося коммунизма. При таком раздрае и разброде на Украине об организации национальной армии не могло быть и речи.

Вместе с тем, Украина притягивала к себе близкие ей по духу казачьи области, и к гетману Скоропадскому потянулись посольства с Дона и Кубани. Через гетмана Скоропадского атаман Краснов вошёл в сферу большой международной политики. Он вступил в переписку с руководством Германии и в письмах, адресованных кайзеру, просил помощи в борьбе с большевиками и признания дипломатических прав за Доном как страны, борющейся за свою независимость против большевиков.

Сношения эти имели то значение, что в течение времени оккупации территории России германцы, поставляли Дону необходимые средства вооружения и военного снабжения. Взамен Краснов дал кайзеру Вильгельму гарантии нейтралитета войска Донского в мировой войне, с обязательством расширения торговли, преференций и льгот для германской промышленности и капиталов. Под давлением немцев Украина признала старые границы Донской области и донские войска вошли в Таганрог.

Едва атаман получил Таганрог, как тут же забрал Русско-Балтийский завод и приспособил его для производства снарядов и патронов и достиг к началу 1919 года производства 300 000 патронов в сутки. Дон гордился тем, что вся донская армия с ног до головы одета в своё, сидит на своих лошадях и в своих сёдлах.

У императора Вильгельма Дон просил машины и оборудование для фабрик, чтобы как можно быстрее избавиться от опёки иностранцев. Это была донская русская ориентация, так понятная простому народу и совершенно непонятная русской интеллигенции, которая всегда привыкла кланяться какому-нибудь иностранному кумиру.

Атаман смотрел на немцев как на врагов, пришедших мириться, и считал, что у них можно просить. На союзников он смотрел как на должников перед Россией и Доном, и считал, что у них нужно требовать. Но ожидание от них помощи для Дона оказалось полной химерой. После разгрома Германии союзниками и ухода войск её с Украины всякая помощь Дону исчезла.

К лету 1919 года красные против казаков и добровольцев на Южном фронте сосредоточили шесть армий, в составе 150000 бойцов. Их главной задачей было не дать возможности соединиться войскам Деникина с армией Колчака. Кубанская армия, заняв Царицын, была остановлена на отдых, пополнение и приведение в порядок.

10-я армия красных была в боях под Царицыном приведена в сильное расстройство, и боеспособность сохранили только несколько дивизий и конный корпус Будённого. Из-за поражений Главком РККА Вацетис 9 июля был отстранён от командования, его место занял бывший полковник генерального штаба Каменев. Командующим Южным фронтом был назначен бывший полковник генерального штаба Егорьев.

2 июля генерал Деникин приказал Кавказской армии (Кубанская + Терская) перейти в наступление. 14 июля казаки заняли Линовку и отрезали пути отступления 10-й армии на север. Красная армия оказалась разрезанной надвое, а в Камышине были окружены три дивизии.

При попытке пробиться на север эти красные дивизии были атакованы казаками и полностью ими уничтожены. Спасая положение, красными был направлен корпус Будённого против I Донского корпуса. Будённый потеснил части донцов на линию реки Иловли. Этим частичным успехом Камышин не был спасен и 15 июля был занят казаками.

После занятия Камышина движение должно было продолжаться на Саратов. Для обороны Саратова красные стягивали войска с Восточного фронта и мобилизованные части из России. Несмотря на состояние войск Кавказской армии, генерал Романовский, начальник штаба генерала Деникина, по телеграфу передал приказание главнокомандующего продолжать наступление.

В то время, когда Кавказская армия вела бои на фронте Камышина и дальше, Донская армия занимала фронт на линии Новый Оскол — станция Лиски. Донская армия до конца июля вела упорные наступательные бои за овладение железнодорожными линиями Лиски — Балашов — Красный Яр, но взять которые ей не удалось. Бои шли с переходом из рук в руки городов Лиски, Бобров, Новохопёрск и Борисоглебск.

Донская армия находилась на главном направлении на Москву. Произведя перегруппировку, 9-я красная армия при поддержке фланговых частей 10-й и 8-й армий перешли в наступление, потеснили части Донского фронта и заняли Новохопёрск, Борисоглебск и Балашов.

Донцы были обратно вытеснены с русской территории на границы России и Дона. По всему фронту шли тяжёлые и упорные бои. В этот тяжёлый момент донским командованием был принят смелый проект. Решено было создать специальный ударный конный корпус сильного состава и направить его в тылы красных. Цель рейда: срыв контрнаступления и удар на штаб фронта красных, уничтожение тылов, порча железных дорог и расстройство транспорта.

Сформированный для этого IV конный корпус генерала Мамонтова был составлен из лучших частей Донской армии численностью в 7000 всадников. Прорыв фронта красных был намечен на стыке 8-й и 9-й красных армий. Операция началась 28 июля. Корпус, не встречая сопротивления, ушёл в глубокий рейд и 30 июля захватил поезд с мобилизованными, направлявшимися на пополнение одной из дивизий красных.

Около трёх тысяч мобилизованных красноармейцев было взято в плен и распущено по домам. Кроме того, был захвачен мобилизационный пункт, где было собрано до пяти тысяч только что мобилизованных красными, которые были тут же, к их удовольствию, распущены. Захвачено было много вагонов со снарядами, патронами, ручными гранатами и интендантским имуществом. Была уничтожена 56-я пехотная дивизия красных, высланная для ликвидации прорыва. С юго-востока в сторону корпуса двигалась конная бригада, которая была также наголову разбита. Встретив сильно укреплённую позицию к югу от Тамбова, корпус обошел её и 5 августа занял Тамбов.

В городе были распущены до 15000 мобилизованных. Из Тамбова корпус направился в сторону Козлова, где находился штаб Южного фронта. Прорыв фронта IV Донским корпусом внёс большую тревогу в штаб красного командования. Совет Обороны Республики объявил на военном положении Рязанскую, Тульскую, Орловскую, Воронежскую, Тамбовскую и Пензенскую губернии и приказал повсюду учредить уездные и городские комитеты военно-революционных судов. Однако блестящая деятельность IV Донского корпуса, производила больше моральное, чем оперативное воздействие и по существу ограничилась действиями чисто тактического порядка.

Создавалось впечатление, что направленный в глубокие тылы конный корпус как будто имел цель, изолированную от общего хода войны. За время движения его по тылам красных армий, со стороны белых на фронте не было адекватно мощных и активных действий. Во главе красных вооруженных сил уже стояли офицеры генерального штаба, знавшие военное дело не хуже, чем командование белых. Прорыв для них был неприятным явлением из-за растерянности подвластных им войск.

Даже наверху, в Совете обороны, некоторые боялись появления казаков под Москвой, но для офицеров, разбиравшихся хорошо в военных операциях, было ясно, что слабо поддержанный с фронта конный корпус быстро выдохнется, и сам будет искать благополучного выхода. Поэтому красное командование поставило целью ликвидацию прорыва и одновременно переход частей 8-й армии в наступление против III Донского корпуса на стыке его с фронтом Добрармии. Это наступление красных и отход казаков обнажали левый фланг частей Май-Маевского и создавали угрозу Харькову, где находился штаб Деникина. Красная армия глубоко вклинилась на 100-120 вёрст на фронте III Донского корпуса.

Резервов в распоряжении белого командования не было, и необходимо было использовать конницу. Из первой кубанской и второй терской бригад был создан III конный корпус под начальством генерала Шкуро, который был подчинён Май-Маевскому. Ударами с запада корпуса генерала Шкуро и с юго-востока донских корпусов был уничтожен этот глубоко врезавшийся клин, и красные были отброшены не только в исходное положение, но на 40-60 вёрст севернее.

В это же время в тылах 8-й армии продолжал действовать корпус генерала Мамантова, разрушая тылы красных, он занял Елец. Против корпуса Мамантова стягивались специальные коммунистические полки и части латышей.

С востока шла кавалерийская бригада при поддержке курсантов и бронеотрядов. От Ельца Мамантов двинулся на Воронеж. Со стороны красных стягивались несколько дивизий пехоты, и отдан был приказ корпусу Будённого направиться также против Мамантова. 24 августа корпусом Мамантова была занята Касторная, крупная станция в тылах 13-й и 8-й красных армий, что облегчило деятельность III Донского корпуса, действовавшего с юга.

Большой успех рейда Мамантова побудил красных к переоценке роли кавалерии, и у их командного состава появилась мысль, по примеру белоказачьей конницы, создать конные части и соединения Красной армии, в результате чего последовал приказ Бронштейна, гласивший: «Пролетарии, все на коней! Главная беда красных армий в недостатке конницы. Войска наши имеют маневренный характер, требуют наивысшей подвижности, что отводит коннице большую роль. Теперь разрушительный налёт Мамонтова остро поставил вопрос о создании многочисленных красных кавалерийских частей.

Недостаток у нас конницы имеет не случайный характер. Революция пролетариата родилась в большинстве в промышленных городах. У нас нет недостатка в пулемётах, артиллеристах, но мы испытываем большую нужду во всадниках. Советской республике необходима конница. Красные кавалеристы, вперёд! На коня, пролетарии!». Рейд генерала Мамантова продолжался с 28 июля в течение шести недель.

Красное командование принимало все меры, чтобы корпус не мог прорваться на юг, но цели этой не достигло. Искусным маневром Мамантов демонстративно атаковал одну из дивизий, куда красные стягивали верные и стойкие части, а корпус, изменив движение, переправившись на западный берег Дона, атаковал тыловые части красных и вышел из тылов, соединившись 5 сентября с 1-й кубанской дивизией, ведшей бои против тех же красных частей с южной стороны. Корпус генерала Мамантова не только успешно вышел из тылов красных, но и вывел сформированную им за короткий срок рейда Тульскую пехотную дивизию добровольцев, которая всё время принимала участие в сражениях на стороне белых.

Следует сказать, что призыв Бронштейна: «Пролетарии, все на коней!» не был пустым звуком. Красная конница быстро зародилась в противовес белоказачьей кавалерии, обладавшей на начальном этапе гражданской войны подавляющим численным и качественным превосходством. Основу белой кавалерии составили конные корпуса казачьих войск, а красные создавали свою конницу практически с нуля.

Первоначально её основными организационными единицами были преимущественно входившие в войсковую кавалерию сотни, эскадроны, конные отряды, у которых не было чёткой организации, постоянной численности.

В строительстве конницы как рода войск Рабоче-крестьянской Красной Армии можно условно выделить такие этапы:

— создание сотен, эскадронов, отрядов и полков

— сведение их в кавалерийские соединения — бригады и дивизии

— формирование стратегической кавалерии — конных корпусов и армий.

В создании конных армий РККА имеет безусловный приоритет. Впервые конная армия под руководством генерала Орановского была создана ещё в конце 1915 года во время тяжёлых оборонительных боёв на германском фронте, но этот опыт оказался неудачным. Об этом более подробно было описано в статье «Казаки и первая мировая война.

Часть III, 1915 год». Однако благодаря неутомимому энтузиазму и таланту настоящих фанатов кавалерийского дела красных казаков Миронова, Думенко и Будённого это дело получило блестящее развитие и стало одним из решающих военных преимуществ РККА над белыми армиями.

Ко времени решительного сражения при движении на Москву, в составе белой русской армии, по сведениям генерала Деникина, было 130 000 бойцов, причем 75% из них было казаков. Фронт казачьих войск при этом имел протяжение 800 вёрст от Волги до Нового Оскола. Фронт, занимавшийся основной частью Добровольческой армии между Новым Осколом и рекой Десной, протяжением был около 100 верст. При наступлении на Москву очень важное значение имела Украина составлявшая, по существу, в борьбе с большевиками третий, и очень важный, фронт.

На территории Украины в причудливом клубке противоречий переплелись интересы различных сил: 1) украинской самостийности 2) агрессивной Польши 3) большевиков и 4) Добровольческой армии. Разрозненные самостийные группы и поляки вели войну против большевиков. Большевики боролись с украинскими повстанцами и поляками, а также против Добровольческой и казачьих ар-мий. Деникин, следуя идее восстановления Единой и Неделимой России, вёл борьбу против всех: большевиков, украинцев и поляков, а четвертым фронтом для него были повстанцы в его тылах.

С запада, со стороны Украины, красными против ВСЮР были развернуты 13-я и 14-я армии, и со стороны белых требовались значительные силы для противодействия. Красная армия не могла гордиться успешной мобилизацией среди русского и украинского населения. К весне 1919 года советское командование предполагало поставить под красные знамёна 3 млн.

человек. Однако осуществить эту программу мешали внутренние неурядицы. Власть держалась на штыках. Необыкновенно показательным является распределение броневиков по фронтам. На восточном было 25 машин, на западном 6, на южном 45, в тылу 46. В одной только карательной латышской дивизии было 12 броневиков.

Красными принимались зверские меры для принуждения вступления в армию крестьян, но даже жестокие расправы и террор против дезертиров и населения, укрывавшегося от вступления в ряды Красной армии, не достигали успеха. Массовое дезертирство во время гражданской войны было одной из острейших проблем всех воюющих армий. В таблице приведено количество отказников и дезертиров в Красной Армии в 1919 году по данным Карпова Н.Д.

На первый взгляд эти цифры выглядят чудовищно, однако дезертирство является печальным и неизбежным спутником любой гражданской войны. Сейчас мы уже знаем результаты нынешней «мобилизации» на Украине в АТО и есть с чем сравнивать. Миллионы украинцев бегут в сопредельные страны и всеми правдами и неправдами «косят» от призыва, и в этом свете цифры из таблицы уже не выглядят нереальными. 40 миллионная страна Украина с большим трудом смогла собрать для АТО лишь несколько относительно боеспособных бригад и отдельных батальонов.

Вот и тогда состав Красной армии в дни самых напряжённых боёв на Южном и Западном фронтах не имел больше 200000 человек. Устойчивость большинства этих войск была относительная. Часто достаточно было удачного маневра, чтобы части их или бежали, или сдавались. Исключение составляли специальные и особые войска из латышей, курсантов, коммунистов, выполнявших вместе с тем и роль беспощадных палачей в отношении населения. Фактически осенью 1919 года из Красной армии дезертировало солдат в несколько раз больше, чем вообще служило в белогвардейских армиях.

В период с июня 1919 по июнь 1920 дезертировало до 2,6 млн. человек, а только на Украине было выявлено до 500 тысяч дезертиров. Такая же проблема массового дезертирства вставала и перед белыми, как только они пытались провести мобилизацию на «освобождённых» территориях.

Так, армия Деникина в период наибольших успехов контролировала территории с населением около 40 млн. человек, но увеличить свою численность так и не смогла. В результате белые вынуждены были набирать рекрутов даже из числа пленных красноармейцев. Но такие части не только быстро разлагались, но, зачастую, переходили на сторону красных в полном составе.

Тем не менее, мобилизационные усилия красных приносили свои плоды. После занятия Кавказской армией Камышина Деникин приказал энергично преследовать армии противника в сторону Саратова, не считаясь с большими потерями. Красные, пополнившись, оказывали сильное сопротивление. В Саратове были сосредоточены части 2-й армии, бывшей перед тем на Сибирском фронте.

На фронте Кавказской и Донской армий красные перегруппировались и создали в каждой из действующих армий ударные группы из надёжных войск общим количеством 78 000 штыков, 16 000 сабель, 2487 пулеметов и 491 орудие. 1 августа 1919 года ударные части 10-й красной армии перешли на фронте Кавказской армии и I-го Донского корпуса в наступление на Камышин. 14 августа была уничтожена донская пластунская бригада, и с её гибелью открывался незащищённый фронт по течению реки Медведицы до окружного центра станицы Усть-Медведицкой.

Для прикрытия образовавшейся пустоты со стороны фронта начальником гарнизона была объявлена мобилизация юношей непризывного возраста, начиная с 17 лет, и всех казаков, способных носить оружие. На этот призыв все казаки придонских станиц дружно отозвались, из этих призванных казаков была сформирована бригада в два полка, занявшая все правобережные станицы округа от Кременской до Усть-Хопёрской.

Мобилизация также была проведена по всему Донскому Войску. В борьбе наступал решительный момент, и Дон давал для борьбы последнее, что имелось в его распоряжении. В армии недоставало лошадей для конных полков и артиллерии. Транспорт для снабжения армии поддерживался женщинами и подростками.

23 августа начались бои за Царицын. Красные потерпели поражение и, потеряв 15 тысяч пленных, 31 орудие и 160 пулемётов, отброшены были на 40 вёрст к северу. Но, пополнив части, 10-я армия красных, в состав которой входил и сильный конный корпус Будённого, перешла снова в наступление между Волгой и Медведицей.

На всем фронте шли тяжёлые бои, и казакам удавалось отражать наступления противника с захватом большого количества пленных и вооружения. Для успешного исполнения директив РВС конный корпус Будённого был переведен на стык 8-й и 9-й армий, намечая удар в стык Добровольческой и Донской армий.

Для Донской армии создавалось тяжёлое положение. Несмотря на это в первой половине сентября 1919 года Донская и Кавказская армии выдержали бешеный натиск ударных частей 8-й, 9-й, 10-й армий в количестве 94 ООО бойцов при 2497 пулеметах и 491 орудии. Более того, 8-й и 9-й армиям было нанесено сильное поражение, что остановило их решительное наступление на среднем течении Дона, а 11-й на нижней Волге.

К сентябрю 1919 года в территорию, занимавшуюся ВСЮР, входили: часть Астраханской губернии, весь Крым, Екатеринославская, Харьковская, Полтавская, Киевская и часть Воронежской губерний, территории Донского, Кубанского и Терского войск.

На левом фланге белые армии более успешно продолжали наступление: 18 августа был взят Николаев, 23 августа Одесса, 30 августа Киев, 20 сентября Курск, 30 сентября Воронеж, 13 октября Орёл. Казалось, большевики были близки к катастрофе и они начали готовиться к уходу в подполье. Был создан подпольный Московский комитет партии, правительственные учреждения начали эвакуацию в Вологду.

Но это только казалось. На самом деле большевики имели в Центральной России гораздо больше сторонников и сочувствующих чем на юге и востоке и сумели поднять их на борьбу. Кроме того, в Европе произошли неблагоприятные для белого движения события общеполитического характера и их негативное действие стало сказываться всё сильнее.

28 июня 1919 года в Версальском дворце во Франции был подписан мирный договор, официально завершивший Первую мировую войну 1914-1918 годов. Представители Советской России были исключены из переговорного процесса, поскольку Россия в 1918 году заключила сепаратный мир с Германией, по условиям которого Германия получила значительную часть земли и ресурсов в России и смогла продолжить борьбу.

Хотя державы Антанты не пригласили делегацию Москвы, они предоставили право высказаться «русской заграничной делегации» в составе бывшего российского министра иностранных дел Сазонова и бывшего посла Временного правительства Набокова. Члены делегации остро прочувствовали историческое унижение России. Набоков писал, что здесь «имя России стало анафемой». После заключения Версальского мира помощь западных союзников белому движению, постепенно прекращается по разным причинам.

После крушения Центральных держав и Российской империи восточным полушарием планеты правила Британия и её мнение было определяющим. Британский премьер-министр Ллойд Джордж, вскоре после неудавшейся попытки усадить белых и красных за стол переговоров на Принцевых островах, высказывался в следующем ключе: «Целесообразность содействия Колчаку и Деникину является тем более вопросом спорным, что они «борются за Единую Россию»… Не мне указывать, соответствует ли этот лозунг политике Великобритании…

Один из наших великих людей, лорд Биконсфильд, видел в огромной, могучей и великой России, катящейся подобно глетчеру по направлению к Персии, Афганистану и Индии, самую грозную опасность для Великобританской империи…». Сокращение, а потом и полное прекращение помощи от Антанты приближало белое движение к катастрофе. Но измена союзников было не единственной проблемой белых армий в конце 1919 года. Наличие «зелёных» и «чёрных» шаек и движений в тылу у белых отвлекали значительные силы с фронта, разоряли население, и в целом разлагали белые армии. В тылах повсюду поднимались восстания крестьян, и наибольшие силы белых отвлекал на себя анархист Махно.

С началом наступления белых войск на Москву Махно начал широкомасштабную партизанскую войну в тылу у белых и вновь призвал крестьянских повстанцев к союзу с красными. Особой популярностью у махновцев пользовались тачанки. Это гениальное изобретение в корне изменило характер гражданской войны на юге. Как всё гениальное это изобретение было до безобразия просто и было плодом чистой эклектики.

Напомню, что теория рассматривает 3 основных источника творчества: харизму (талант, божий дар), эклектику и шизофрению (расщепление рассудка). Эклектика — соединение разнородного, прежде не соединимого, с целью получения новых свойств и качеств. При всей кажущейся простоте этого жанра, эклектика может давать фантастические результаты.

Один из корифеев этого жанра в технике Генри Форд. Он не изобрёл ничего в автомобиле, всё было изобретено до него и не им. Он не изобретал и конвейера. До него на конвейерах в Америке уже много десятилетий собирали револьверы, винтовки, ткацкие станки и т.п.

Но он первым стал собирать автомобили на конвейере и совершил промышленную революцию в автомобилестроении. Так и с тачанкой. В южных губерниях, где сани не в ходу, лёгкие подрессоренные саксонские брички, называемые немцами-колонистами тачанками (они назывались также тачи, тачки), были весьма распространённым видом личного и наёмного пассажирского транспорта среди колонистов, зажиточных крестьян, обывателей и извозчиков. Их тогда там видели все, но не придавали им иного значения.

Пулемёт также был изобретён давно, конструктор Максим представил его ещё в 1882 году. Но тот безвестный гениальный махновец, который первым поставил на свою тачку пулемёт и запряг в неё четвёрку лошадей, в корне изменил характер военных действий и тактику применения кавалерии в гражданской войне на юге России. Повстанческая армия Махно, имевшая в октябре 1919 года до 28 000 человек и 200 пулеметов на тачанках, использовала их весьма эффективно.

Помимо пулемётных тачанок в подразделениях, существовали из них отдельные пулемётные роты и дивизионы. Для быстрого достижения местного огневого превосходства, у Махно был даже пулемётный полк. Тачанка использовалась как для передвижения пулемётов, так и для нанесения огневых ударов непосредственно на поле боя. Махновцы использовали тачанки и для перевозки пехоты. При этом общая скорость движения отряда соответствовала скорости идущей на рысях кавалерии.

Таким образом, отряды Махно легко проходили до 100 км в день несколько дней подряд. Так, после успешного прорыва под Перегоновкой в сентябре 1919 крупные силы Махно за 11 дней прошли более 600 км от Умани до Гуляй-Поля, захватив врасплох тыловые гарнизоны белых. После этого славного рейда пулемётные тачанки со скоростью болида стали распространяться как в белой, так и в красной армии. В красной армии тачанки приобрели самую громкую славу в Первой конной армии С.М. Будённого.

К началу октября соотношение сил и их расположение были следующими: Добровольческая армия имела до 20 ООО бойцов, Донская армия 48 ООО, Кавказская (Кубанская и Терская) — 30 ООО. Всего 98 000 бойцов. Против Добрармии было около 40 000 человек красных из 13-й и 8-й армий. Против Донской и Кавказской около 100 000 человек. Фронт борющихся сторон: Киев — Орел — Воронеж — Царицын — Дагестанская об-ласть. Астрахань белыми взята не была. Несмотря на посредничество англичан, соглашения с украинской армией Петлюры и с Польской армией Деникину достичь не удалось, соединения антибольшевистских сил не произошло.

Дагестанская область также была против белой армии. Красное командование, понимая, где главная опасность, направляло главный удар против казаков. РВС заменил командующего Южным фронтом Егорьева, поставив на его место генерального штаба полковника Егорова. 6 октября красные под Воронежем потеснили казачьи части. Под напором конных корпусов красных, казаки оставили 12 октября Воронеж и отступили на западный берег Дона.

Донское командование обратилось с просьбой к Кавказской армии об усилении правого фланга Донской армии, и Врангель обещал перейти в наступление, чтобы отвлечь конницу Думенко. Кавказской армии было легче после ухода с её фронта конных корпусов Будённого и Думенко.

На фронте Добрармии также велись жестокие бои, и под напором 14-й, 13-й и 8-й армий сопротивление их было сломлено, и началось медленное отступле-ние. Корпус Будённого был усилен двумя пехотными дивизиями и под их напором 4 ноября Касторная была белыми оставлена. После этого фланги Добрармии и Донской армии не могли уже быть связаны.

С 13 ноября Добрармия откатывалась на юг, и связь с частями Май-Маевского и Драгомирова была утеряна. Красные взяли Курск и открыли путь на Харьков. После взятия Касторной корпус Будённого получил задание продолжать действовать на стыке Добрармии и донских корпусов.

Со стороны 10-й и 11-й армий начиналось наступление на Царицын, 9-я продолжала наступление в пределы Донской территории, а 8-я и 13-я главными силами действовали против Добрармии и частично против донских частей. 26 ноября вместо Май-Маевского в командование Добрармией вступил генерал Врангель. Донские части стали сдавать позиции и за два дня отошли за реку Северский Донец.

1 декабря красные заняли Полтаву, 3 декабря Киев, и части Добрармии продолжали отходить на юг. Донская армия продолжала таять от потерь и тифа. К 1 декабря красные против 23000 донцов имели 63 ООО пехоты и конницы.

В декабре произошло событие, которое окончательно переломило ситуацию в пользу Красной Армии и самым негативным образом сказалось на судьбе ВСЮР. В селе Великомихайловка, в которой теперь расположен музей Первой Конной, 6 декабря, в результате совместного совещания членов РВС Южного фронта Егорова, Сталина, Щаденко и Ворошилова с командованием конного корпуса, был подписан приказ № 1 о создании Первой Конной армии.

Во главе управления армии был поставлен Реввоенсовет в составе Командующего Конармией Будённого и членов РВС Ворошилова и Щаденко. Конармия становилась мощной оперативно-стратегической подвижной группой войск, на которую была возложена основная задача по разгрому армий Деникина путём стремительного рассечения фронта белых на две изолированные группировки по линии Новый Оскол — Донбасс — Таганрог с последующим их уничтожением по отдельности. Т.е. был задуман глубокий массированный рейд красной конницы до Азовского моря. Красные кавкорпуса и ранее совершали глубокие рейды вплоть до Ростова, но они были стратегически малоуспешны.

Глубоко вклинившиеся конные корпуса красных подвергались фланговым ударам белых частей и с большими потерями возвращались обратно. Совсем другое дело конармия. При её формировании ударный конный корпус Будённого был усилен несколькими стрелковыми дивизиями, сотнями тачанок, десятками конных батарей, броневиков, бронепоездов и аэропланов.

Удар конницы при мощной поддержке бронепоездов и пулемётных тачанок был убийственным, а приданные стрелковые дивизии делали оборону вклинившейся конармии чрезвычайно устойчивой от контрударов. Атакующие и походные порядки будённовской кавалерии были надёжно защищены авиаразведкой и пулемётными тачанками от внезапных фланговых атак белоказачьей конницы.

Будённовские тачанки отличались от махновских, так как большей частью были самодельными, но задачу пулемётного сопровождения кавалерии на рысях выполняли не менее успешно. Идея конармии, которой казачьи генералы бредили в течение мировой войны, нашла своё блестящее воплощение в руках и головах красных казаков и эффективно заработала буквально с первых дней. 7 декабря 4-я дивизия Городовикова и 6-я дивизия Тимошенко нанесли поражение конному корпусу генерала Мамантова под Волоконовкой. К исходу 8 декабря после ожесточённого боя армия овладела Валуйками.

19 декабря 4-я дивизия при поддержке бронепоездов разгромила объединённую конную группу генерала Улагая. В ночь на 23 декабря Конармия форсировала Северский Донец. К 27 декабря части Конармии прочно овладели рубежом Бахмут — Попасная. 29 декабря действиями 9-й и 12-й стрелковых дивизий с фронта и охватывающим манёвром 6-й кавдивизии части белых были выбиты из Дебальцево. Развивая этот успех, 11-я кавалерийская совместно с 9-й стрелковой дивизией 30 декабря овладели Горловкой и Никитовкой. 31 декабря 6-я кавалерийская дивизия, выйдя в район Алексеево-Леоново, полностью разгромила три полка Марковской офицерской пехотной дивизии.

1 января 1920 года 11-я кавалерийская и 9-я стрелковая дивизии при поддержке бронепоездов овладели станцией Иловайской и районом Амвросиевки, разгромив Черкасскую дивизию белых. 6 января силами 9-й стрелковой и 11-й кавалерийской дивизий при содействии местного большевистского подполья был занят Таганрог. Задача была выполнена, части ВСЮР были разрублены на 2 части.

Донская армия отступала от Дона на юг. Доброармия из армии превращалась в корпус под начальством генерала Кутепова, и он переходил в подчинение командующего Донской армией генерала Сидорина. В тылах белой армии было невероятное скопление обозов на грунтовых дорогах и закупорка вагонов на железных. Дороги были запружены брошенными повозками с домашним скарбом, больными, ранеными казаками. Очевидцы описывали, что не хватало слов, чтобы выразить словами глубочайшую трагедию бойцов, раненых и больных, попавших в такие условия. Так плачевно для белых заканчивался 1919 год на юге России. А какое положение в 1919 году было на Востоке?

В конце 1918 года Юго-Западная армия Дутова, сформированная в основном из казаков ОКВ, понесла большие потери и в январе 1919 оставила Оренбург. На отвоёванных территориях казачьих областей советские правители развернули жестокие репрессии. Как было сказано выше, 24 января 1919 года секретарь ЦК РКП(б) Я.М. Свердлов подписал и направил на места директиву о расказачивании и уничтожении казаков России.

Следует сказать, что Оренбургский губисполком не провёл в полном объёме эту преступную директиву в жизнь, а в марте 1919 года она была отменена. Вместе с тем в некоторых казачьих областях она применялась до конца гражданской войны и в этом сатанинском деле Троцкий со своими неистовыми сторонниками немало преуспел. Казачеству был нанесён громадный урон: людской, материальный и моральный.

На сибирских просторах масштабы и средства ведения войны против красных были больше средств Донской и Кубанской областей. Мобилизация в армию давала большое количество пополнений, и население более охотно отзывалось на призыв. Но наряду с настроением масс на борьбу против разрушительных сил большевизма, велась тяжёлая политическая борьба. Главными врагами белого движения в Сибири была не столько организация коммунистов, сколько представители социалистов и либеральной общественности, состоявшие в сношениях с коммунистами, и через руки их представителей из Москвы поступали деньги на пропаганду и борьбу против правительства адмирала Колчака.

Ещё в ноябре 1918 года адмирал Колчак сверг эсеровско-меньшевистскую Директорию и провозгласил себя Верховным правителем России. Эсеры после переворота объявили Колчака и белое движение врагом хуже Ленина, прекратили борьбу с большевиками и стали действовать против власти белых, организовывая забастовки, мятежи, акции террора и саботажа.

В армии и госаппарате колчаковского и прочих белых правительств было множество социалистов (меньшевиков и эсеров) и их сторонников, а сами они были популярны среди населения России, прежде всего у крестьянства, поэтому деятельность эсеров сыграла важную, во многом определяющую, роль в поражении белого движения в Сибири. Против адмирала медленно, но настойчиво создавался заговор в армии.

Тем не менее, весной 1919 года колчаковские войска начали наступление. Поначалу оно было успешным. Казачья армия Дутова перерезала дорогу на Туркестан и наступала на Оренбург. Дутов мобилизовал в свои полки 36 возрастов и имел 42 конных, 4 пеших полка и 16 батарей. Но в мае-июне, из-за начала полевых работ, атаман вынужден был отпустить по домам казаков старше 40 лет. Это привело к значительному понижению боеспособности белоказаков, старики-бородачи крепко держали дисциплину в сотнях и заставляли молодых казаков блюсти верность присяге.

Кроме того Красная Армия начала наступление по Транссибу на Челябинск и для отражения этого наступления из под Оренбурга на север был отправлен 2-й казачий корпус генерала Акулинина. После ожесточённых многодневных боёв в августе 1919 года Красная Армия взяла Верхнеуральск и Троицк и отрезала белоказачью армию Дутова от основных сил Колчака. Белоказачьи части покатились на юго-восток, но часть казаков не хотела покидать родные места и в районе Орска и Актюбинска началась массовая сдача казаков в плен.

Сдавшихся в плен белых казаков и офицеров поместили в Тоцкий, Верхнеуральский и Миасский лагеря, где подвергли тщательной проверке и фильтрации. Многих так и не выпустили, а из желавших заслужить прощение новой власти сформировали части красных казаков, кавкорпус Н.Д. Каширина и кавдивизию Н.Д. Томина. Оренбуржцы пополнили Конармию С.М. Будённого и воевали против армии Деникина, Врангеля, Махно и белополяков.

В сентябре-октябре 1919 года между реками Тобол и Ишим произошло решающее сражение между белыми и красными. Как и на других фронтах белые, уступая противнику в силах и средствах, потерпели поражение. После чего фронт рухнул и остатки армии Колчака отошли вглубь Сибири. В ходе этого отступления колчаковскими войсками был совершен Великий Сибирский Ледяной поход, в результате которого колчаковские войска отступили из Западной Сибири в Восточную, преодолев тем самым, более 2000 километров и избежали окружения.

Для Колчака было характерно нежелание глубоко вникать в политические вопросы. Он искренне надеялся, что под знаменем борьбы с большевизмом ему удастся объединить самые разнородные политические силы и создать новую твёрдую государственную власть. А в это время эсеры организовали в тылу Колчака ряд мятежей, в результате одного из них им удалось захватить Иркутск. Власть в городе взял эсеровский Политцентр, которому 15 января чехословаки, среди которых были сильны проэсеровские настроения и не было никакого желания воевать, выдали находившегося под их охраной адмирала Колчака.

После отхода армии Колчака за реку Тобол, части оренбургских и уральских казаков на Туркестанском фронте были отброшены в песчаные, пустынные земли, и территории их были заняты красными. Фронт Прибалтийских стран был пассивен, и только на подступах к Петрограду вела бой Северо-Западная армия генерала Юденича. В ноябре 1919 года под Кокчетавом дутовская армия снова потерпела поражение, наиболее непримиримые в количестве 6-7 тысяч казаков с семьями ушли с атаманом в Китай, а большинство сдались в плен.

Трудности пути в Китай усугубила жестокость бывшего атамана сибирских казаков Б.В. Анненкова. Атаман Анненков не только не помог пришедшим в Семиречье оренбуржцам, но у самой границы расправился с тысячами отчаявшихся станичников и их семьями. Перед самой границей он предложил не пожелавшим расстаться с родной землёй вернуться в Советскую Россию. Таковых оказалось около двух тысяч. Анненков пожелал им счастливого пути и указал место сбора.

Но это была коварная уловка. По собравшимся на поляне казакам ударили пулемёты. Разбегавшихся людей рубили конные анненковцы. Над женщинами и детьми была устроена жуткая расправа. Такая зоологическая жестокость говорит об одичании анненковцев и им подобных «борцов» за белую идею, превращении их в крайне озлобленных садистов-сатанистов. Поставив своей целью борьбу за православную Россию против безбожников-коммунистов, многие белые воины сами скатились до жестокости первобытных варваров.

Любая война ожесточает людей, но особенно развращающе действует гражданская, братоубийственная война. Вот почему патриарх Всея Руси Тихон не дал благословления белой армии.

Антинародная гражданская война была начата обеими сторонами вопреки воле священнослужителей и государственников и возглавлялась с белой стороны генералами Корниловым, Деникиным, Алексеевым, подло предавшими присягу, Государя и государство. Про другую сторону и говорить нечего. Гражданская война неизбежно обрекает государство на разруху и поражение, а людей, участвующих в ней, на нравственную деградацию, одичание и бездуховность. Всего из Оренбурга вышло около 100 тысяч беженцев, опасаясь расправ со стороны красных. Границу с Китаем перешли около 20 тысяч белоказаков с семьями.

Из них атаман Дутов сумел собрать в Суйдуне боеспособный отряд около 6 тысяч человек, готовил против Советской России военные акции. Чекисты решили покончить с этой угрозой. В операции был задействован казах знатного происхождения Касым Хан Чанышев, якобы готовивший восстание в восточном Казахстане. В ходе операции атаман Дутов был предательски убит. Так бесславно заканчивалась борьба казаков ОКВ с большевиками.

Не менее упорный и ожесточённый характер имела борьба в 1919 году на территории Уральского казачьего войска. Уральские белоказаки отступали под нажимом хорошо вооружённой, усиленной и полнокровной 25-й стрелковой дивизии, командиром которой был талантливый, умелый и храбрый воин В.И. Чапаев.

Несмотря на успешный рейд отряда белоказаков на штаб дивизии в Лбищенске, закончившийся полным разгромом штаба и гибелью легендарного начдива, положение белоказаков было ужасным. Их отступление продолжалось, среди них и беженцев разразилась эпидемия тифа и дизентерии. Люди умирали как мухи.

В ответ на ультиматум М.В. Фрунзе наиболее непримиримые пошли на юг вдоль Каспийского моря. В этом тяжелейшем походе большинство погибли. Из добравшихся до Тегерана часть поступила на службу в персидскую дивизию, часть была отправлена во Владивосток, затем оказалась в Китае. Спустя некоторое время часть казаков-эмигрантов во главе с атаманом В.С. Толстовым перебралась в Австралию. Так закончилась великая драма славного Уральского казачьего войска.

Таким образом, 1919 год заканчивался для белых катастрофически. Союзники бросили белое движение и были заняты устройством послевоенного мира, а попросту делили добычу. А она была немалой.

Рухнули 3 могучие империи: Германская, Османская и Австро-Венгерская. Прежняя Российская империя сгорала на медленном огне, и в этом пламени в муках рождалась новая могучая Красная империя.

Начинался новый 1920 год, а с ним агония белого движения. Красные вожди уже видели победу, и им вновь почудился запах мировой революции. Но это уже совсем другая история.

По материалам topwar.ru